Тупик nation building и перспектива евразийского развития

Каким образом может оказаться, что упавший на территории Донецкой Народной Республики «Боинг» погребёт под собой московский национализм?


В своем выступлении в Центре Уилсона 16 июня 2014 года американский геостратег Збигниев Бжезинский говорил о поведении России в ходе украинского кризиса в терминах «квази-мистического шовинизма». Дословно эксперт сказал следующее: «То, что мы сейчас наблюдаем на Украине, это, с моей точки зрения, не просто ссора, а симптом более серьезной проблемы — а именно, постепенного и устойчивого подъема российского квази-мистического шовинизма, который продолжается уже в течение шести или семи лет».

В подтверждение своих слов господин Бжезинский сослался на концепции «разделенного народа», «защиты сограждан за рубежом», «русского мира» и «русской цивилизации» и называет их «доктринальной основой мировоззрения Путина». По его мнению, именно такое мировоззрение подтолкнуло Москву к вмешательству в украинские события в момент, когда Москва была к этому не готова, а не, скажем, через 10 лет, когда она могла бы успеть подготовиться.

В общем, по мнению господина Бжезинского, по Евразии нынче бродит призрак «квази-мистического шовинизма».

Мне подобный взгляд на вещи представляется довольно симпатичным, но в то же время недостоверным.

Симпатичным — потому что он основан на анализе дискурса, господствующего в российской политике, до чего снисходит отнюдь не каждый аналитик в США и за их пределами.

Недостоверным — потому что он превращает этот дискурс в своеобразную вещь в себе и игнорирует фундаментальные факторы, функцией от которых он является.

Указанная недостоверность точнее всего фиксируется во взгляде господина Бжезинского на пути изживания «квази-мистического шовинизма» в России. По мнению эксперта, главный путь к данной цели состоит в том, чтобы поддержать формирование в России среднего класса, который будет иметь иммунитет к «шовинистической пропаганде Кремля» и будет склонен к более рациональным и предсказуемым типам поведения.

Честно говоря, читать довольно банальную формулу про спасительный средний класс в России в исполнении такого изощренного аналитика, несколько странно. Но раз уж данная формула выдвинута, ее неплохо было бы проанализировать.

В чем же конкретно неправ господин Бжезинский?

Как я уже говорил, в игнорировании того, что является подлинным источником, необходимым условием превращения «квази-мистического шовинизма» из маргинального умонастроения в политическую силу.

В России, например, в работах геополитика Вадима Цымбурского, политического деятеля, автора концепции России как мировой державы Юрия Крупнова, существует глубокий взгляд на постсоветское пространство, как пространство внутренней политики России. В соответствии с этим подходом, наиболее точная трактовка любых событий в регионе может быть дана, если мы будем рассматривать их как проявление внутренней жизни России — политической, экономической и иной — нежели чем как внешнее для России пространство.

Возьмем в пример ту же Украину. Конечно, рост национального частного капитала и укрепление его связей с Европой и США, рост националистических настроений сыграли огромную роль в последовательном дрейфе Киева в сторону от Москвы.

Однако данные факторы меркнут на фоне того, какую титаническую роль в собственном проигрыше украинской игры сыграла сама Россия.

Российская деиндустриализация подорвала кооперативные связи со многими передовыми украинскими предприятиями. Российский проигрыш космоса, гражданской авиации, лоббирование интересов того же «Боинга» на рынке пассажирских перевозок внесли огромный вклад в то, чтобы блестящие инженерные и конструкторские кадры, интеллектуальная элита Харькова, Днепропетровска, Киева, других промышленных центров были внутренне настроены против Москвы. Российский «дикий капитализм» с его чудовищными формами расслоения и запустения не только снизили привлекательность интеграции с Россией. Они способствовали легитимации аналогичного «дикого капитализма» в Украине, легитимации власти национального капитала, который, как во многом и российский капитал, держал свои состояния в западных финансовых структурах, а не в Москве. Российский национализм, желание отгородиться от окраин и не нести ответственности за происходящее даже в ближнем зарубежье, способствовали резкому укреплению националистических настроений в Украине и других странах постсоветского пространства. Наконец, даже в вопросах организации и проведения специальных операций ужасающая коррупция среди российских силовиков привела к тому, что огромные средства, выделявшиеся за последние годы на укрепление российского влияния в Украине, были потрачены, в лучшем случае, без какого либо позитивного эффекта для Москвы.

Иными словами, уход Украины от России является в решающей своей части результатом внутренней политики России, а не каких-либо, хоть и очень значимых, внешних влияний. И то же самое мы можем видеть в Грузии, Узбекистане и других странах региона.

И у этого всего есть одно важное обстоятельство. Это важное обстоятельство состоит в том, что внутренняя политика, которую проводит российское руководство, во многом вдохновлена американскими и другими западными экономистами, консультантами стратегами, либо же российскими специалистами, получившими западное образование, либо же российскими управленцами и собственниками, хранящими свои капиталы в западных банках. Именно Запад организовывал то, что многие западные экономисты называют грабежом (looting) России в 1990-е годы. Именно Запад пытается затолкнуть Россию в русло национального государства (есть многочисленные публикации про nation building как технологию, применяемую против России), тем самым подпитывая и национализм. Именно Запад хранит награбленные капиталы, используя их как инструмент шантажа.

Неслучайно поэтому, что в России прозападные неолиберальные экономисты, адепты «экономикс», утверждающие, что государство должно меньше вмешиваться в экономику и в первую очередь отказаться от стратегического планирования, поразительным образом уживаются и находятся в симбиозе с государственными функционерами, которые «пилят» бюджетные деньги, не достигая поставленных государственных целей, и выводят полученные деньги в оффшоры.

Ирония же здесь состоит в том, что данная политика неизбежно ведет к дальнейшей социально-экономической, инфраструктурной деградации российской экономики, а главное — к ликвидации оснований для формирования и усиления среднего класса. Того самого среднего класса, на который якобы уповает господин Бжезинский в деле излечения России от иллюзорного «квази-мистического шовинизма». Именно поэтому уважаемый эксперт предпочитает не замечать роли США в организации деградации России и продолжает мечтательно рассчитывать на конструктивную роль «среднего класса».

Но на самом деле, стремясь сохранять и усиливать свое влияние на российскую внутреннюю политику, США и их союзники поддерживают и усиливают такую систему государственного управления в России, которая исключает формирование и усиление среднего класса, способствует дальнейшему углублению неравенства и радикализации политики — как внутренней, так и внешней.

В определенных кругах такую политику принято называть однозначно — неразвитие. Или, памятуя о древней латинской поговорке — non progredi est regredi — деградация.

В этом смысле украинский кейс является неизбежным в таких условиях сопутствующим ущербом данной политики. США хотят сделать из России стандартную нацию и на определенном этапе сталкиваются с волной национализма, поднимающейся в ответ на последовательное ослабление России.

Нельзя сказать, что этот сопутствующий ущерб так уж противоречит интересам США. Соединенные Штаты готовы терпеть национализм в России, пока этот национализм сочетается с управляемостью и предсказуемостью ситуации. Украинский кризис только подтверждает справедливость такой оценки: захват Крыма никак не влияет на геостратегические интересы США, а более серьезные действия России в отношении Украины были быстро заблокированы самой угрозой введения полномасштабных санкций. В итоге пострадали Украина, Россия, Евросоюз, но не США.

Да, Россия пошла на соглашения с саудитами, что может осложнить ситуацию в Ираке. Но это — тактическое поражение, которое можно отыграть.

Да, есть неприятная для Вашингтона динамика в рамках БРИКС и в Латинской Америке, но до реальных результатов здесь еще далеко и пока не вполне ясно, будут ли они.

Вот сейчас США совместно с украинскими силовиками как раз запустили сценарий с уничтожением «Боинга» — как раз для того, чтобы указать России на неправильное поведение и вынудить ее это поведение исправить.

Продолжит ли Москва свое движение в русле деградации к недостижимой мечте «нормальной европейской нации», которую ей навязывает господин Бжезинский? Или в том же русле деградации она поднимет бунт против навязываемой ей роли и превратится в огромный «православный Катар»?

Оба эти сценария, очевидно, приведут к гибели России.

Однако использованный западными партнерами прием, ставящий под угрозу не только репутацию, но и жизнь Владимира Путина, — это очевидный намек на возможность повторения в отношении его сценария варварского убийства Муаммара Каддафи. Совершенно очевидно, что данный прием использован не для достижения мира, пусть даже на условиях полного ухода России из Украины. Он организован а для дальнейшего ослабления России, как форма войны против нее.

И это создает пространство и для третьего сценария — сценария евразийского развития.

Ослабленная за 25 лет Россия, оказавшись перед лицом войны, может сохранить трезвую голову. Это значит, прежде всего, следующее.

1. Признать факт войны, но не бросаться в бой.

2. Перегруппироваться в военном плане, оказать необходимую поддержку пророссийским силам на Юго-Востоке Украины.

3. Провести мобилизацию и организовать форсированное развитие собственных производительных сил.

4. Запустить политику совместного развития со странами постсоветского пространства, которая должна придти на смену метаниям между имперскими амбициями и московским национализмом, свойственным неолиберальной части российской элиты. При этом первоочередное значение должно быть придано совместному развитию России и стран Центральной Азии. Именно в Центральной Азии сегодня решаются главные вопросы безопасности и развития всей Евразии. От стабилизации и укрепления этого региона принципиально зависит ситуация и в Центральной и Восточной Европе, и в других регионах континента. Именно на примере соразвития России и Центральной Азии должна быть выработана стратегия, обеспечивающая совместную работу национальных государств региона на евразийское развитие. И в качестве первого шага необходимо срочно создать Корпорацию сотрудничества Российской Федерации со странами Центральной Азии.

За сложными переговорными процессами, боевыми действиями, газовыми и прочими проектами должны быть запущены процессы развития. Россия должна начать меняться внутренне. В том числе — чтобы западные и прочие партнеры утратили понимание того, с какой Россией они имеют дело. Это позволит захватить и удерживать стратегическую инициативу, эффективно противодействуя попыткам дестабилизации постсоветского региона.

Юрий Царик, руководитель Белорусской группы развития