Украина и право на развитие

Одним из важнейших аспектов украинского кризиса является его значение для международного права. В публичном пространстве есть много комментариев по поводу правомерности действий России в отношении Украины с точки зрения принципа территориальной неприкосновенности. Однако не менее важен анализ складывающейся ситуации с точки зрения права на развитие.

Право на развитие в международном праве

Напомним, Декларация о праве на развитие, принятая резолюцией 41/128 Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций от 4 декабря 1986 года определяет развитие следующим образом:

«развитие является всесторонним экономическим, социальным, культурным и политическим процессом, направленным на постоянное повышение благосостояния всего населения и всех лиц на основе их активного, свободного и конструктивного участия в развитии и в справедливом распределении создаваемых в ходе его благ».

Данное определение является, по сути, единственной нормативной дефиницией развития и заслуживает подробного анализа.

Прежде всего, развитие определяется в Декларации, во-первых, как процесс, во-вторых, как всесторонний процесс. Данные характеристики полностью соответствуют методологическим представлениям о развитии как объективном тотальном процессе.

Содержание процесса развития раскрывается через его целевую функцию, что лучше всего отражено в английском варианте текста Декларации. Целевая функция развития — это «постоянное повышение благосостояния всего населения и всех лиц» (aims at the constant improvement of the well-being of the entire population and of all individuals). Благосостояние в данном случае, безусловно, предполагает не только повышение уровня жизни, но и общее улучшение условий жизни, то есть, повышение качества жизни. Важно также то, что в тексте сделан акцент на обе составляющие субъектного состава бенефициариев развития — и все население в целом, как некоторая единая сущность, и все индивидуумы по отдельности, без какого-либо исключения.

Весьма интересной конструкцией является следующий элемент легальной дефиниции развития — указание на путь реализации целевой функции этого процесса. Таким путем является «активное, свободное и конструктивное участие в развитии и в справедливом распределении создаваемых в ходе его благ» всего населения и всех индивидуумов. Во-первых, данный элемент определения содержит указание на то, что развитие неизбежно связано с созданием новых благ (в англоязычной версии «benefits» — то есть, не только материальных благ), хотя содержательно и не сводится к этому процессу. Во-вторых, в нем утверждается, по сути, что само участие в развитии, «активное, свободное и конструктивное („meaningful“ — „значимое“)», является благом и позволяет обеспечивать «повышение благосостояния всего населения и всех лиц».

Таким образом, развитие — это тотальный общественный процесс, позволяющий создавать новое общественное богатство, и повышать благосостояние всего населения (и каждого отдельного индивидуума) на основе включения его в этот процесс.

В качестве основного субъекта процесса развития Декларация указывает человека (что примечательно, «human person» и «human being», а не «individual»). Равным субъектом развития являются также народы.

Принципиальное доктринальное значение для понимания концепции права на развитие имеют еще два положения Декларации. Во-первых, Декларация исходит из того, что «международный мир и безопасность являются важнейшими факторами осуществления права на развитие». Это фактически значит, что развитие определяется в данной рамке как целевая функция международного права в целом, для реализации которой международный мир и безопасность являются условием. Во-вторых, Декларация определяет, что «право на развитие является неотъемлемым правом человека, в силу которого каждый человек и все народы имеют право участвовать в таком экономическом, социальном, культурном и политическом развитии, при котором могут быть полностью осуществлены все права человека и основные свободы, а также содействовать ему и пользоваться его благами». Иными словами, развитие также рассматривается в качестве условия осуществления всех прав человека и основных свобод.

Украинский кризис с точки зрения права на развитие

Безусловно, право на развитие в данном качестве не является общепризнанным. Однако ниже мы анализируем ситуацию с точки зрения, исходящей из понимания развития как высшей ценности международной системы.

С данной точки зрения современный украинский кризис представляет собой не просто продолжение тех или иных тенденций, обозначившихся после крушения СССР, но и некий принципиально новый феномен. Новизна его связана, в первую очередь, с первой фазой кризиса. Как известно, бегству Виктора Януковича в феврале 2014 года предшествовали не только протестные выступления внутри страны, но и беспрецедентное давление извне, прежде всего, со стороны стран Европейского союза и США. Приводить многочисленные заявления и информацию о визитах европейских и американских чиновников в Киев нет особой необходимости. Таким образом, смена власти в Киеве осуществлялась не просто как насильственное свержение конституционного строя, но и как переворот, активно поддержанный извне, при активной поддержке иностранных государств.

Грубым нарушением права Украины на развитие являлись сами действия Европейского союза по навязыванию Киеву Соглашения об ассоциации и углубленной зоне свободной торговли

При этом следует особенно подчеркнуть уникальной украинского кризиса: здесь внешнее вмешательство и переворот осуществлялись не по причине нарушений прав человека, что хотя бы как-то укладывалось бы в сомнительную, но уже «обкатанную» в международных отношениях логику «горячих» и «холодных» гуманитарных интервенций. На этот раз украинское руководство подверглось беспрецедентному давлению непосредственно за свою внешнеполитическую позицию, за принятое внешнеполитическое решение, которое относилось исключительно к внутренней компетенции властей этого государства. В этом состоит уникальность и новизна украинского случая.

Однако важно понимать, что с точки зрения права на развитие ситуация вышла за пределы правового русла значительно раньше. Грубым нарушением права Украины на развитие являлись сами действия Европейского союза по навязыванию Киеву Соглашения об ассоциации и углубленной зоне свободной торговли. По своим экономическим эффектам, даже если оставлять за скобками анонсированные ответные действия России, это Соглашение было связано с явным и резким снижением уровня жизни, деиндустриализацией Украины. Несовместимость же действия данного Соглашения с Соглашением о зоне свободной торговли СНГ, преференциальным режимом торговли со странами Таможенного союза и экономическими интересами России не только прямо вытекала из текстов соответствующих соглашений, но и была многократно подтверждена посредством официальных заявлений европейских представителей.

В то же время, если мы подробно рассмотрим содержание соглашений, заключенных президентами России и Украины 17 декабря 2013 года, то станет очевидным, что они являются прекрасным примером реализации права на развитие. В них закреплялись намерения и обязательства сторон расширить промышленную кооперацию, реализовать ряд инфраструктурных проектов, а также готовность России оказать стабилизирующую поддержку экономике Украины, снизить цены на энергоносители. Данные соглашения полностью отвечали интересам развития Украины и России, интересам подавляющего большинства населения двух стран.

Следует отметить, что право на развитие, его защита является главным условием соблюдения принципа суверенного равенства государств в условиях, когда возможности негативного «мирного» воздействия на то или иное государство становятся столь широкими, что последствия такого воздействия могут быть не менее тяжелыми, чем последствия прямой агрессии. С данной точки зрения нарушение права на развитие является новой, современной формой агрессии, а на языке права международной безопасности — угрозой международному миру и безопасности.

Это значит, что по факту уже с конца ноября 2013 года ситуация вокруг Украины развивалась в русле усугубления угрозы международному миру и безопасности. Бегство президента Виктора Януковича было лишь одним из эпизодов в развитии данного сценария, далеко не центральным. А дальнейшее начало вооруженного конфликта стало закономерным итогом усугубления существовавшей угрозы и нарушением мира.

По сути, Россия во взаимодействии с легитимными украинскими властями до февраля 2014 года могла и должна была предпринимать любые действия (вплоть до оказания силовой помощи), нацеленные на сохранение конституционного строя и защиту права Украины и России на развитие. То, что подобные действия не были предприняты, стало главной и роковой ошибкой Москвы во всем украинском кризисе.

Сегодня критически важно — не повторить данную ошибку в других регионах, прежде всего — в Центральной Азии. Россия должна выступить в качестве главной силы, выступающей за поддержание стабильности в Центральной Азии через реализацию права государств региона на развитие. Это является вопросом поддержания международного мира и безопасности в регионе.

  • "По сути, Россия во взаимодействии с легитимными украинскими властями до февраля 2014 года могла и должна была предпринимать любые действия (вплоть до оказания силовой помощи), нацеленные на сохранение конституционного строя и защиту права Украины и России на развитие. То, что подобные действия не были предприняты, стало главной и роковой ошибкой Москвы во всем украинском кризисе." Правильно ли я понял, что Россия должна была в начале третьей декады февраля не допустить вооруженного захвата власти и произвести оккупацию Киева и Украины?