Прошлые достижения не решат нынешних проблем – Георгий Кошлаков о российско-таджикском экономическом сотрудничестве

Публикуем статью, подготовленную на основе выступления члена Правления Центрально-Азиатского экспертного клуба «Евразийское развитие» на международной научной конференции «Россия и государства Центральной Азии: политические, экономические и гуманитарные аспекты евразийской интеграции» (Душанбе, 17 декабря 2013 года)

Россия-Таджикистан: история и текущий уровень сотрудничества

Обратившись в прошлое, необходимо констатировать факт, что совместное существование России и бывших среднеазиатских республик, составлявших Туркестанский край империи в течение более ста пятидесяти лет, никаким образом нельзя идентифицировать с привычными для мировой политики взаимоотношениями между метрополиями и колониями. Очень правильно назвал истинное положение дел в южных окраинах России в начале двадцатого века тогдашний премьер — министр Великобритании лорд Керзон семейным колониализмом. Наверное, нет смысла разворачивать этот термин. Мы о нем сказали для того, чтобы напомнить, что совместные проживание, хозяйственная деятельность, культурный рост, духовная общность, а также будущий суверенитет вновь возникших государств, в том числе и прежде всего Таджикистана, базируются на многолетнем историческом фундаменте, срок существования которого в разы превышает период с 1917 по 1991 г.

С величайшим сожалением следует признать, что сегодня предаются забвению огромные достижения в развитии таджикской нации, достигнутые благодаря российскому влиянию и, в том числе, русскому языку, русской науке, русской культуре и интернационализму, который никак нельзя считать темным пятном советского периода. Делается это не только молодыми людьми, но и некоторыми представителями старшего поколения, достигшими жизненных успехов именно на основе приведенных выше факторов.

Я позволю себе перечислить только некоторые достижения в социально-экономическом развитии Таджикистана, которые вряд ли могли быть реализованы без полномасштабного участия России. Это железная дорога нормальной колеи Термез — Душанбе — Янги-базар (1930 г.); освоение Вахшской долины для производства высоких сортов хлопчатника, винограда и цитрусовых; строительство первой в стране гидроэлектростанции — Варзобской ГЭС, а затем Вахшского каскада с крупнейшей и уникальной по конструкции Нурекской ГЭС; создание таджикской геологической школы, результатом деятельности которой является открытие и разведка разнообразных месторождений, в том числе уникального серебро-полиметаллического месторождения Большой Канимансур; организация строительства Южно-Таджикского территориально-производственного комплекса (ЮТТПК) с флагманом таджикской промышленности Таджикским алюминиевым заводом; зарождение и развитие национальной Академии наук, давшей ученых с мировой известностью — академиков Усманова, Нарзикулова, Бабаджанова, Негматуллаева, Джураева, Баратова, Захарова, Рахимова и многих других. Мировым признанием и высоким уважением пользуются труды таджикских сейсмологов, медиков, историков и археологов, достижения которых во многом стали возможны благодаря влиянию российской науки.

Что касается новейшего этапа, то можно с уверенностью говорить о безусловно наибольшем удельном весе российского влияния на те положительные сдвиги и тенденции, которые наблюдаются в экономическом развитии Таджикистана. Не обременяя интересующихся числовыми показателями, назовем только несколько важных цифр за 2012 год:

— из всего поступления прямых иностранных инвестиций (223 млн.долл.США) на Россию приходится 31, 6%, что несколько уступает Китаю (37,8%) и значительно превосходит США (6,9%) и Турцию (7,9%);

— из общей стоимости товаров, поступающих в Таджикистан по импорту, на российские приходится 25,3% против 8,5% в целом по Европе, 12, 9% — по Китаю, 5% — по США.

Среди наиболее весомых и жизненно важных объектов, в которые вкладывались и вкладываются средства российских компаний и государственные ресурсы РФ, можно назвать строительство и эксплуатацию Сангтудинской ГЭС-1, геологоразведочные работы по поискам углеводородов и создание сети современных хранилищ и заправочных станций ГСМ силами Газпрома, постоянную инновационную деятельность российских операторов сотовой связи и, конечно, деятельность в сфере образования, прежде всего стабильное финансирование Российско-Таджикского (славянского) университета в течение уже 16 лет. Хотелось бы особо отметить уникальные по сложности и применению современных технологических средств и методов геофизические и буровые исследования на площади Сарыкамыш, где сегодня предприятия Газпрома приступили к испытаниям самой глубокой в Центральной Азии поисковой скважины.

Реформа образования — плохой пример от Москвы

Президент Республики Таджикистан Эмомали Рахмон беседует с Георгием Кошлаковым во время посещения Российско-Таджикского (Славянского) университета

Если оценивать значимость тех или иных действий в области российско-таджикского сотрудничества, то очевидно на первое место следует поставить реальные шаги российских и таджикских властных структур в сфере образования. Автору настоящего сообщения уже неоднократно приходилось писать на эту тему, однако не лишним будет еще раз подчеркнуть, что образованность является фундаментом благополучия нации. И с этой точки зрения функционирование в Таджикистане уже упомянутого Российско-Таджиксого (Славянского) университета, а также недавно открытых филиалов МГУ им. Ломоносова и Московского энергетического университета представляют собой образец братской (нисколько не стесняюсь этого термина) дружбы народов обеих стран, подкрепленный взаимным уважением их руководителей. Заметим кстати, что пользу от такого сотрудничества чувствует не только Таджикистан, но и Россия: практически 40% наших выпускников по специальности «менеджер организации» сегодня успешно работают в Москве, Казани, Омске, Новосибирске, Краснодаре и других городах Российской Федерации.

Однако нельзя обойти стороной и негативную сторону упомянутого факта. В ряде статей и даже в интервью московскому радио я уже говорил и считаю необходимым повторить в очередной раз о весьма неблагоприятных последствиях ничем неоправданных реформ, которые сегодня осуществляет Министерство науки и образования РФ и которые ведут к радикальной формализации высшего профессионального образования. В составе этих реформ — гипертрофированное увлечение тестированием, единым государственным экзаменом, фетишизацией персональных компьютеров, внедрением двухступенчатой системы «бакалавр — магистр» без учета специфики профессий, утверждение бракованных государственных стандартов, ничем не обоснованное использование чуждых русскому языку терминов (чего стоят такие перлы, как «тьютор» и «силлабус» взамен давно принятых «консультант» и «учебная программа») и тому подобные архитектурные излишества. Особо отметим практическую неэффективность в большинстве случаев кредитно-рейтинговой системы, которая в конкретных условиях, определенных финансовой и материальной обеспеченностью вузов, превратилась в маскарадный костюм. А массовое использование для элементарных арифметических подсчетов в этой системе дорогостоящих электронно-вычислительных машин — в стрельбу из пушки по воробьям. Забыв об огромных успехах и достижениях российского и советского образования, чиновники этой сферы делают все по принципу: «неважно как, но главное — как у них». И в этом неблагодарном деле таджикские корифеи стараются ни на сантиметр не отстать от старшего брата.

Я внимательно слежу за дискуссиями по затронутому вопросу, которые освещаются российскими СМИ, в том числе и телевидением, и убежден, что абсолютное большинство практикующих педагогов и представителей реальной экономики придерживаются такой же оценки происходящего.

Больная тема — трудовая миграция

Одной из самых животрепещущих, если можно так выразиться, проблем российско-таджикского сотрудничества является государственное регулирование процесса трудовой миграции. Сразу заметим, что это явление не является чем-то необычным, экстраординарным и временным. Демографические проблемы в мире, и прежде всего на евроазиатском континенте, представляют объективную реальность и для стран, генерирующих мигрантов, и для принимающей стороны. Высокий уровень здравоохранения развитых государств и степень образованности их народов неизбежно ведет к снижению прироста трудоспособного населения: низкая смертность и низкая рождаемость обусловливают старение наций и дефицит молодых здоровых рук. Высокий коэффициент семейности, уровень которого связан с отсутствием планирования семьи, медленным созданием собственных рабочих мест, все еще малый срок жизни из-за плохого медицинского обслуживания делают неизбежным избыток трудовых ресурсов в слабо развитых странах. Их перетоки — путь к сохранению необходимого равновесия. Они крайне важны для обеих сторон. Это давно поняли в Германии, Франции, Англии, Швеции и других европейских странах, где, несмотря на существующие трудности, успешно осуществляются действия по государственному регулированию трудовой миграции. Совершенно другая ситуация в системе Россия — Таджикистан.

Если отбросить частности и явные недоразумения, то деятельность российских и таджикских властных структур можно свести к очень простой формуле. Со стороны России — постоянные поиски новых запрещающих и ограничивающих мер на фоне поднимающего голову махрового национализма. Со стороны Таджикистана — постоянное декларирование успехов по созданию новых рабочих мест при фактической невразумительности реальных действий, жалобы по поводу угнетения гастарбайтеров при одновременном пренебрежительном отношении к людям, обеспечивающим фактически хоть какое-то существование своих семей на родине. Очевидно, что результаты такого «государственного регулирования» либо равны нулю, либо могут быть оценены как отрицательные.

Необходимо отметить, что эта ситуация осложняется фантазиями и преувеличениями работников СМИ обеих стран, страстно любящих «жареные факты» и их собственную интерпретацию. При этом отбрасываются в сторону взаимная заинтересованность и вместе с нею многие дельные предложения, неоднократно высказываемые учеными и представителями реального сектора экономики. Как один из примеров таких предложений можно привести неоднократные пожелания о создании Россией в Таджикистане профессиональных технических училищ с обучением на русском языке, в которые будут принимать обучающихся при договоренности об отработке в российских регионах в течение определенного срока. Обоюдные плюсы такой меры очевидны.

Настало время обсуждения конкретных взаимных действий по госрегулированию трудовой миграции на самом высоком уровне. Результатом такого обсуждения должно явиться утверждение абсолютно конкретных мероприятий, а не рамочных соглашений, которые будут успешно похоронены чиновниками обеих стран. Свое принципиальное мнение о трудовой миграции в рамках СНГ неоднократно высказывали президенты России и Таджикистана. Необходимо воплотить их в реальные дела.

Однобокие инвестиции

Определенный интерес представляет направление прямых иностранных инвестиций в экономику Таджикистана. Так, в 2012 г. в горнодобывающую промышленность и блок транспорта, связи и складского хозяйства было вложено 79% от их общего объема. Если учесть 18,8% иностранных инвестиций в финансовое посредничество, то на все остальные сферы остается чуть более 2%. Другими словами, остались без финансовой поддержки строительство, сельское хозяйство, торговля, услуги, вся легкая и перерабатывающая и химическая промышленность, металлургия, машиностроениеи др. Очевидно, что такая ситуация в целом характерна и для российско-таджикских взаимоотношений. А ведь поле деятельности здесь весьма значительно. Не говоря о гидроэнергетике и создании вообще новых энергетических мощностей, можно вспомнить о том, что в Таджикистане пока еще произрастает весьма внушительный объем хлопчатника, представленного высококачественными промышленными сортами. Но почему-то предана забвению идея создания крупных совместных акционерных обществ, учредителями которых стали бы текстильные предприятия центра России и фермерские хозяйства Таджикистана. Практически то же можно сказать и в части плодоовощных консервных предприятий, продукция которых, прежде всего произведенная из абрикоса и томатов, пользовалась устойчивым спросом на всем постсоветском пространстве.

Потеряны такие уникальные машиностроительные производства, как душанбинский завод «Таджикгидроагрегат», являвшийся единственным поставщиком гидравлических систем для российских гигантов «Россельмаш» и «Красноярсксельмаш». И уж совсем необъяснимым является отсутствие взаимного интереса по поддержке и развитию так же расположенного в Душанбе завода запорной арматуры, который производил чугунные и стальные задвижки высокого и низкого давления самых различных диаметров для нефтегазопроводов. А ведь их строительство в РФ является приоритетным направлением. Перечень подобных примеров можно продолжить.

Коррупция как фактор межгосударственных отношений

Совершенно очевидно, что сложившаяся ситуация на фоне постоянных деклараций о стратегическом партнерстве говорит о серьезных просчетах и упущениях государственных органов обеих стран, призванных быть главными регуляторами их экономик.

В этой связи надо упомянуть о влиянии на развитие взаимовыгодного экономического сотрудничества такого явления, как взяточничество и коррупция, пышным цветом распустившегося после развала СССР. Очевидно, нет необходимости сравнивать степень его влияния в обеих странах. Да и сделать это невозможно. Но факт, что так называемые «откаты» и «шапки» неизменно сопровождают взаимные договоренности бизнесменов, различного рода тендеры и конкурсы, прямо воздействуют на результаты претворения в жизнь так называемых рамочных соглашений, достигнутых в ходе работы межправительственных комиссий, отрицать невозможно.

Подводя итоги сказанному выше и понимая, что изложенное носит весьма схематический характер, можно также в кратком виде предложить следующее резюме:

1. Российско-таджикское сотрудничество носит в целом устойчивый характер, что определяется длительным и успешным сосуществованием народов этих стран в едином государстве. Оно скреплено, кроме всего прочего, совместным участием в великой войне, а также общностью сложившегося за многие десятилетия менталитета и взаимным уважением людей, входящих в правящие элиты обоих государств.

2. За более чем двадцатилетний срок, прошедший с момента распада СССР, несмотря на существенные перепады в уровне взаимодействия, были достигнуты серьезные положительные результаты в реальной экономике и социальной сфере, прежде всего в образовании и энергетике. Однако и в этих секторах надо отметить недоработки с обеих сторон, которые значительно снижают значимость результатов. Среди них особенно выделяются негативное влияние неоправданного стремления к формализации образовательного процесса и сокращение практического участия российской стороны в использовании гидроэнергоресурсов Таджикистана.

3. Остается очень много нерешенных вопросов в области государственного регулирования трудовой миграции, имеющей большое значение для реальной экономики обеих стран.

4. Российский бизнес до сегодняшнего дня игнорирует возможности получения осязаемого экономического эффекта во многих отраслях и подотрослях таджикской экономики.

5. Серьезным препятствием на пути легитимного экономического сотрудничества является высокий уровень коррупции в чиновничьей среде обеих сторон. Тормозится или вообще не осуществляется переход от рамочных соглашений к реальным действиям.

6. Настоятельной необходимостью следует считать разработку министерствами, осуществляющими государственную политику в экономическом развитии обеих стран, совместной долгосрочной программы реальных мероприятий, которые обеспечат высокоэффективное государственное регулирование процессов, представляющих обоюдный интерес. Было бы весьма желательно утвердить такую программу на самом высоком уровне.